Храмовый комплекс Хаджурао в Индии. Фрагмент фасада
Храмовый комплекс Хаджурао в Индии. Фрагмент фасада

Эротика архитектуры

Архитектурное проектирование

Эротика - понятие тонкое, определениям плохо поддающееся. Тем более в архитектуре вовсе неизвестное. Мы, изучившие до тонкостей анатомию, физиологию, выделительные системы и даже генетику наших зданий, забыли о главном - о душе, о любви, о чувстве. Эро- тика, дитя любви, бабочка-Психея, неуловима и бесполезна, как запах, шуршание шелка, касание пальцев, улыбка, - и так же мгновенно узнаваема и незабвенна. Это радость жизни, гимн любви, восторг перед женщиной, любовью, человеком.

Эротическое мироощущение - привилегия легкого жанра. Оно требует свободного времени, раскованного и радостного восприятия.мира, незакомплексованности. Для сформирования эротического направления в архитектуре требуется общественная прослойка богатых бездельников, веселых и беззаботных.

Нужны заказчики-романтики, плеяда изощренных и тонко чувствующих архитекторов и дизайнеров, нужны, наконец, восприимчивые, культурные зрители. Нужна страна, не обремененная проблемами национального самосознания, военными конфликтами или экономическими проблемами.

Два основных инстинкта человечества, определяющих и красоту, и пользу, и образ жизни: религия как стремление к порядку и анархичная чувственность. В обществе преобладает обычно либо одно, либо другое: либо идеология аскетизма во имя будущей светлой цели, либо наслаждение жизнью земной, сегодняшней.

Каждая культура продолжает "историю" своего направления - романтического (эротического) или классического (рационального). Так соцреализм опирается на Ренессанс и классику, а модерну близки магия Древнего Египта и эстетика Древней Греции. Соединяясь в высших своих проявлениях с духовностью, с обожествлением красоты и человеческого тела, эротика порождает наиболее запоминающиеся периоды в искусстве - Древняя Греция, Византия, модерн ("ар-нуво")...

Альфонс Муха. Декоративное панно в интерьере. 1903 г.
Альфонс Муха. Декоративное панно в интерьере. 1903 г.
Альфонс Муха. Декоративное панно в интерьере. 1905 г.
Альфонс Муха. Декоративное панно в интерьере. 1905 г.

Древние языческие культуры, неразрывно связанные с природой, поклонялись Эросу как божеству. Греция и Индия возвели искусство любви в область высшего знания. Строились многочисленные храмы, посвященные божествам любви, с помещениями, предназначенными для совершения любовных обрядов. О гетерах, жрицах свободной любви, основных носительницах культуры в Древней Греции, известно довольно много, как и об архитектуре храмов любви.

В образе каждой богини увековечена любимая подруга скульптора. Гораздо менее известны храмовые комплексы Хаджурао в Индии. Здесь с начала IX по XII век (в годы правления династии Чандела) были построены 85 храмов (сохранились 20), декорированных эротическими скульптурами. Найденные в зарослях тропического леса лишь в XIX веке, храмы эти - сплошная загадка, вроде статуй на острове Пасхи. Эротические барельефы Хаджурао - это символическое послание, поток энергии в изменяющихся динамических образах. В зависимости от времени дня освещены различные сцены, и они изменяются непрерывно, как сама жизнь.

Смысл религии тантризма состоял в том, что все энергетические силы, присутствующие в природе, в концентрированной форме находятся внутри тела ("тантра" на санскрите - "тело"). Даже геометрия храмов несет в себе энергетику природных сил. Это - любовь, санкционированная богами, не отягощенная чувством вины, очищающая и естественная. Это сплошной праздник жизни. Окрутлые женские тела, изогнутые в соблазнительных позах, воплощают индийский идеал красоты - с тонкими талиями, круглыми бюстами, высокими бедрами.

Наше общее с индусами происхождение проявилось в древнеславянских культах плодородия, где также преобладали женские мотивы. Вспомните каменных баб, весенние ритуальные обряды, праздник Ивана Купала... Интересно, что в ассирийской культуре, по-видимому, доминировало мужское начало. Фаллические символы-обелиски, характерные для Египта и Вавилона, по сей день заметны в архитектуре кавказских народов. В Сванетии вплоть до XVIII века селения окружались огромными каменными фаллосами - пограничными столбами.

Византийская архитектура, впитавшая в себя весь многобожеский эстетичный эротизм Древней Греции, была радостной и неправильной, как криволинейный языческий Парфенон. Древнерусские храмы - гимн красоте и жизни. Мастер, выкладывая полосатенькие плинфовые стены храма, украшал фронтоны остатками капителей языческих храмов, ракушками, донышками стеклянных бутылочек - красиво ведь!

Князь Владимир, имевший в прежней греховной жизни три гарема с общей численностью восемьсот жен - один в Берестове, два в Киеве, - раскаявшийся и окрестившийся в Херсонесе, привез оттуда в качестве военных трофеев мраморные статуи обнаженных кариатид, которые украсили двор главного христианского храма Руси - Десятинной церкви.

Язычество, культ прекрасного обнаженного тела, магические древние обряды-заговоры мирно соседствовали на Руси довольно продолжительное время, благополучно миновав драматический для Европы период черного средневековья с его кострами, ведьмами и химерами. Сублимация чувственности, скрытая, подавляемая эротика проявляется по-разному - от религиозного экстаза с его садомазохизмом, бичеванием, веригами, охотой на ведьм, с химерами и ужасами (что это, как не подавляемая чувственность?) - до высот потрясающей музыки, достигающей своего расцвета именно в самые черные периоды; живописи, где с религиозных сюжетов прорывается сдерживаемая страсть.

химеры нотр дама
Химеры Нотр-Дам - проявление подавляемой чувственности

Синтез искусств, так распространенный в католической Европе, произошел именно от готической суровости архитектуры. В химерах Нотр-Дама скрываются бешеные страсти Квазимодо.

Ренессанс прекрасен, холоден в мертв, практически беспол. Выверенная рациональность, линейная перспектива, алгебраическая гармония. Красиво, но без вожделения. Посмотрите на женщин Леонардо - художник настолько бесчувствен к ним, что можно поверить в его нетрадиционную сексуальную ориентацию. Из всего Ренессанса эротичны только щиколотки Сикстинской мадонны.

Барокко - расцвет в архитектуре и дизайне всего светского: мебель самых немыслимых форм и стилей как бы созданная для любви, фарфор, украшения, балдахины, драпировки, изысканные туалеты с глубокими декольте, прически с архитектурными сюжетами, особняки, окутанные кудрявой прихотливой рамкой садово-паркового ансамбля, где гуляют и наслаждаются, флиртуют и любят.

Здание - "жемчужина в чаше", обрамление его - от городских площадей с фонтанами до садовых композиций - не менее изысканно, чем сама архитектура. Куртуазность - синоним необязательности, культивируемой чувственности, всеобщего безделья. Это эпоха танцев, легкой музыки, кудрявых париков, пышных турнюров и завитков на фронтонах. Чувственные мушки с эротическим подтекстом, язык цветов и жестов, всеобщее влечение ко всем, когда целомудрие смешно и неприлично. При этом - кажущаяся иррациональность, алогичность, прихотливые извивы, разорванные фронтоны, маскирующие грубую простоту конструкций. Перекрученные колонны барокко напоминают знаменитый кадр из фильма Сальвадора Дали "Андалузский пес", когда мужчина, охваченный вожделением, тянется к предмету своей страсти, волоча за собой четыре рояля. Страсть побеждает все.

кадр из фильма дали
Сцена из фильма Андалузский пёс / Un Chien Andalou (1929)

Модерн ("ар-нуво") - пожалуй, самый эротичный из архитектурных стилей последнего времени. Интерьеры Виктора Орта, Анри ван де Вельде, Владислава Городецкого имеют ярко выраженный чувственный оттенок, обволакивают и разнеживают, намекают и подталкивают. Планировки зданий изощренны и замысловаты. Вспомните планы домов Виктора Орта - никаких прямых парадных лестниц: посетитель ввинчивается, втягивается, кружится по диагонали или по восьмиугольной галерее, огибающей открытый холл.

Неожиданные и сложные формы, чувственные обтекающие линии, игра света и тени. Никаких скучных прямых углов, никакой симметрии. Волны, изгибы, растительный и мифологический орнамент. От аллегорических символов, изящных планировок до эротических сюжетов настенных росписей и декоративных панно Густава Климта и Альфонса Мухи. Эротика модерна многозначна, иносказательна и двусмысленна.

Символы ее - водные и воздушные знаки: лилии, бабочки, стебли, лианы, лотосы, ирисы... Все, что журчит и стелется, мягко и переменчиво, прозрачно и цветно. Ар-деко, "стиль 1925 года", возводит в норму то, что смутно угадывалось в ар-нуво. Болезненным грезам модерна теперь противопоставляются ясность разума, чувство меры, гармония золотой середины. Неизменной остается идея единого ансамбля, дома как целостного произведения искусства.

Но если в концепции начала века доминировало архитектурное начало, то "ар-деко" - "искусство близоруких". Первая скрипка принадлежит дизайнеру, художнику-мебельщику. "Ар-деко" справедливо считается искусством для элиты - не только состоятельной, но и высококультурной. На фоне экономического благополучия тех лет развернулась сплошная феерия наслаждения жизнью, опьянения свободой, раскованности в выражении чувств, поиска новых впечатлений. Миг эйфории между мрачными воспоминаниями и тревожными предчувствиями - "десятилетие иллюзии". Как писал Скотт Фитцджеральд, "под вопли и гиканье началась настоящая оргия".

1927-й - год миллиона вечеринок, балов, с переодеванием и раздеванием. В этом же году состоялась конференция сюрреалистов, посвященная сексу, где родился термин "sex appeal" - сексуальная притягательность. Одновременно поднялась волна эротической литературы и спектаклей. Все это вызвало расцвет дизайна интерьера. Культ юности породил культ здорового тела, гигиены, спорта, загорания и нудизма.

Шедевр эпохи - ванная комната (Арман-Альбер Рато). Интимное помещение прошлого становится одним из самых роскошных частей интерьера. Эпоха движения, эпоха упоения техническими новинками, эпоха начала феминизма. Появляются впервые женщины-декораторы (Эйлин Грей). Канонический образ "матери семейства и женственной подруги" сменился образом "независимой спутницы", погубившим впоследствии доверчивую Америку.

Пока весь мир переживал расцвет эротики, в СССР строили новое общество. Вряд ли на Руси вообще присутствовала эротика как мировоззрение, исключая краткие периоды барокко и модерна. Хотя и существовал класс помещиков-бездельников, но они почему-то увлекались идеями преобразования общества.

"Открытие тела" 20-х годов было подхвачено позже идеологией фашистской Германии. Если в Советском Союзе этого времени эротика была изгнана из общественной жизни, запрещена в искусстве, секс был крамолой, а верхом смелости была знаменитая девушка с веслом, - то в нацистской Германии культ тела, освобожденного от чувственности, уживался с пошлейшим эротическим китчем Параллельно с знакомым гимном прочной семье в Германии присутствовала немыслимая для СССР тема расового эротического отбора.

Эротическое мироощущение демократично, поэтому в обществе подавления нет эротики, есть лишь государственное насилие. Здесь не любовь, а страх движет индивидуумом. Здесь государство - или его вождь - выступает объектом сексуального поклонения, кумиром толпы, вызывающим ее крики и стоны.

Эротика, как проявление свободного духа, как безусловное предпочтение отдельно взятого объекта любви массовому кумиру, - опасна и вредна тоталитарному государству. Фашизм относится к сексуальности приблизительно так же, как к религии: он видит в ней своего соперника.

Секс отвлекает молодежь от выполнения грандиозных задач, поставленных партией. Абсолютный приоритет государства во всех сферах жизни, этика самоотречения, военная подготовка, труд на благо Родины, коллективное служение и самопожертвование - все это должно обесценить и погасить низменные инстинкты.

Борьба с эротикой идет под лозунгом нравственного оздоровления нации. Тоталитарное государство - это толпа одержимых революционной идеей безбожников. Только средствами архитектуры и постоянным подавлением , подчинением и страхом можно направлять эту толпу, вести ее за собой. Поэтому так велика роль архитектуры в государстве подавления. Огромные пространства, дающие почувствовать свою незначительность, и огромные - над всем миром - статуи вождя, храмы в его честь, колоссальные пирамиды, Мачу-Пикчу, площадь Ленина в Ташкенте.

Гигантомания, характерная черта тоталитарных государств, безусловно, имеет сексуальную подоплеку. Эротические ритмические пульсации преобразуются в бодрые марши. Кто не испытывал чувство экстаза, маршируя в первомайской колонне или в рядах гитлер-югенд?

Возникший в Германии романтически-воинственный национализм соединился с духом мужского братства, зародившимся еще в начале века, перед Первой мировой войной (к тому времени относятся здания, декорированные фигурами мрачных воинов, характерные для городов Испании, Португалии, Бельгии, или обнимающихся атлетов - на доходном доме в Киеве по ул.Костельной,7; интерьеры знаменитого памятника Битвы народов в Лейпциге).

Быть мужчиной означало уметь владеть собой, закаляться физически, быть первым в спорте, беспрекословно подчиняться старшему. Настоящий мужчина не утруждал себя ухаживанием, флиртом и сексуальными утехами. Мужской союз, подобно pыцарскому ордену, был антиподом всяческой расслабленности. Мужские союзы превращались в школу для будущего солдата и одновременно - в школу специфического полового воспитания: дух казармы соединялся с отчетливым духом гомосексуализма.

Архитектор - второе лицо в тоталитарном государстве, вершитель судеб, - выступает лидером мужского союза, что, безусловно, способствует удовлетворению сублимированной сексуальной энергии. Мужское превосходство утверждается гигантскими фаллическими символами - небоскребами, обозначающими границы "своей" территории.

В Советском Союзе тема мужского братства была чище, проявлялась скорее в спортивных, трудовых и криминальных подвигах. Однако прагматическое, ассиро-римское, мужское начало в архитектуре характерно для всех тоталитарных стран этого периода: от Португалии до Китая - статуи вождей, обелиски, площади для маршей, вакхические обкомы с колоннами-монстрами, чуждые всему живому...

Америка, позаимствовавшая от вечной соперницы - Европы феминизм 20-х годов и увлечение техникой, так и не избавилась от этих вредных привычек. Упоение техникой ужесточает архитектуру. Здания стали выше, а нравы, хотя и вольнее, но с перегибами. Наряду с невероятным расцветом гомосексуализма обоих полов, понимаемого как проявление демократии (о своей нетрадиционной ориентации говорят с гордостью, а город Нью-Йорк в честь ежегодного съезда гомосексуалистов по приказу мэра зажигает фиолетовыми огнями самое высокое здание - Эмпайр Стэйт билдинг: пусть радуется и стар и млад) - расцвело махровым цветом феминистическое движение. Мужчины попросту боятся агрессивных, воииственных, пренебрегающих косметикой и модной одеждой теток, попирающих своими кроссовками всякие проявления здоровой чувственности.

Любой знак внимания к женщине, естественный в Европе, - трактуется как злостный sexual harassment (сексуальные притязания) и немедленно карается по закону. Вспомните бедного президента Клинтона, еле отбившегося от обвинений безумной феминистки. Естественные знаки внимания могут оказывать женщинам только официально зарегистрированные гомосексуалисты (!), не боящиеся обвинений в приставаниях. Эти же фальшь, порочность и формализм насквозь пропитывают американскую архитектуру последних лет - чего стоят одни огромные пенополиуретановые лебеди на здании Диснейленда!

Наша архитектура, как и вся наша жизнь, шла через преодоления и лишения, без услады, но с муками. О какой эротике можно было говорить в зоне? Типовые нормы проектирования и нормы жилобеспеченности способствовали психологии "винтиков", подавлению личности и индивидуальности.

гала дали
Прекрасная Гала - муза Сальвадора Дали

Цитируя Мандельштама, "нам оставались только поцелуи, мохнатые, как маленькие пчелы", беззаветная и безоглядная любовь до самопожертвования или всепоглощающая ненависть - тяжелый Достоевский менталитет. После того, что государство сделало с нами, оно могло хотя бы на нас жениться! Пришедшая на смену тоталитаризму волна "нового капитализма отнюдь не способствует духовному и физическому расцвету нации.

Америку уже погубила погоня за деньгами. Бизнес не совместим ни с эротикой, ни с культурой. Можно оправдать пуританское общество преследуемое идеями коммунизма или религиозного фанатизма, но отрекаться от красоты жизни ради звона монет - грустно и страшно.

Эротика - оборотная сторона любви. Недаром Амур был возлюбленным Психеи. Давайте любить без надрыва и жить сегодня. Попробуем быть свободными людьми, наслаждаться красотой жизни и всеми ее проявлениями, и отражать этот восторг в архитектуре.

Пусть в наших домах будет удобно не только сражаться, но и просто жить, любить, отдыхать. Раскованность в архитектуре повлияет на раскованность человеческого духа. Элементы эротики, радости и красоты жизни, пришедшие на место страха и подавления, окажут положительное влияние на общество, измученное вечной борьбой. Ведь "человека создает - желание, а не потребность" (Гастон Башляр).

Источник: "Архитектура и Престиж" 1(7) 1998. Автор статьи: Елена Олейник